Украина стоит на пороге потрясающего по своей мощи рывка вперед в экономическом развитии. Предполагающийся ультралиберальными экспертами и советниками унылый рост в 1-3% годовых, обрекающий страну фактически на несколько десятилетий стагнации и исчезновение с экономической и политической карты мира – лишь один полюс мнений. И базируется он на существующем состоянии, прежде всего в высшем политическом и экономическом истеблишменте.
Непрозрачность, неискренность, тотальная коррупция, казалось бы, цементируют ростки возможностей в любой сфере. Но это – не более чем печальный пессимистический миф. Украинская экономика способна вырасти за 10 лет не менее чем в три раза, а за 15 лет – в пять раз. $500-700 млрд номинального ВВП – вполне достижимый результат (например, исследования «Украинской бизнес-инициативы»). Некоторые называют еще более внушительные цифры. Условие для такого беспрецедентного скачка простое и одновременно сложное – искоренение коррупции и грамотное управление государством.
При таких ожиданиях роста экономики ее структура будет меняться не менее кардинально. И вопрос о будущем ІТ – один из важных. Украинский рынок программного обеспечения вырос за 10 лет более чем в 20 раз. Когда старт осуществляется с практически нулевой базы, такой взлет возможен. Теперь задача «скромнее» – в следующие 15 лет нужно вырасти в 15 раз, чтобы при росте экономики в пять раз увеличить долю в ВВП в три раза. Но, если посмотреть в абсолютных величинах, то вырасти нужно с нынешних $3 млрд до фантастических $45 млрд (прогноз Amelin strategy).
В свете прошлогоднего кризиса в ІТ-отрасли «аппетиты» упали. Некоторые эксперты прогнозируют рост до $15 млрд в 2030 году. Но, если учесть, что весь металлургический экспорт Украины не превышает $15 млрд, а количество работающих в отраслях будет уже через 5 лет практически одинаковым (не менее 200 000 человек в каждой отрасли), то задача все равно выглядит более чем сложной.
Популярные нынче программы экономического развития солидарны в том, что такой рост могут обеспечить лишь колоссальные инвестиции. Расчеты колеблются исходя из возможной аккумуляции украинской экономикой от $120 млрд до $270 млрд внешних инвестиций в течение следующих 15 лет. При этому нужна серьезнейшая перестройка с сырьевой экономики на высокотехнологическую, главным двигателем которой будет экспорт. И наконец, важное условие – активнейшая роль государства и как регулятора, и как игрока.
Информационным технологиям всегда уделяется приоритетное внимание аналитиков. А что же сама ІТ-индустрия? Традиционно в Украине было принято противопоставлять производству программного обеспечения другие отрасли, в частности, горно-металлургический комплекс или сельское хозяйство. Действительно, в условиях Четвертой промышленной революции и следующей за ней роботизации производственных процессов, роль информационных технологий тяжело переоценить. Поэтому все чаще и металлургов, и аграриев вытесняют на задворки технологического прогресса, а сфере IТ готовят путь как будущему локомотиву экономики.
Сырьевые аутсорсеры
Несмотря на видимые отличия, в отечественных реалиях три аббревиатуры – ГМК, АПК и IT – имеют одну общую черту: каждая из этих отраслей в той или иной мере является сырьевой. Как и производители сельхозпродукции, и металлурги, украинские айтишники производят сырье. Только не зерно или металлопрокат, а высокотехнологичное сырье. Об этом заявляют они сами.
Да, мы гордимся, что люди происхождением из Украины разработали WhatsApp и PayPal. Но попытайтесь вспомнить хотя бы отдаленно похожий готовый продукт, разработанный в Украине и проданный украинской компанией.
Наш IT-сектор представлен преимущественно индустрией аутсорсинговой разработки. Доход от такой деятельности генерируется линейно, т.е. он растет прямо пропорционально вложенным средствам или, если еще более примитивно – пропорционально количеству работающих голов. Если 75 000 программистов генерируют $3 млрд, то сколько сделают 200 000 программистов? Ну примерно $10 млрд. Некоторые прогнозы самих айтишников немного занижают возможности рынка сгенерировать эти $10 млрд, но в целом поддерживают. Но нам то нужно $45 млрд!
Конечно, эти утверждения касаются растущего рынка. На падающем рынке наоборот – вложений больше, а доход – падает. В свое время на эти грабли наступили металлурги, когда цена железорудного сырья упала по сравнению с периодом роста в пять раз, тогда как издержки на порядок возросли. Схожая ситуация происходит и с IT в момент, когда компания попадает в сегмент обслуживающий, читай – «сырьевой». Сегодня наше «технологичное сырье» доводят до ума и «упаковывают» в США или Великобритании. Конечно, можно вспоминать об успешных стартапах в духе одесской Looksery. Но от этого прибавочной стоимости в отрасли не добавится.
Я ни в коем случае не хочу как-то приуменьшить роль IT в украинской экономике. Просто, как и в случае с дифирамбами «аграрной стране», нам нужно работать над прибавочной стоимостью в секторе и дестимуляцией утечки мозгов. Ведь за прошлый год страну покинули порядка 3000 IT-специалистов.
Скованные одной цепью
Тема Давоса-2016 – «Четвертая промышленная революция» – убедительно говорит о том, что мир не обойдется без индустриального производства. С другой стороны, форум показал, что именно IT будут драйвером конкурентной борьбы для новой промышленности.
В Украине есть достижения и в металлургии, и в IТ. Тогда стоит подумать о том, что смогут сделать лучшие специалисты этих отраслей, если объединить их вместе. АПК – прекрасное поле для экспериментов с использованием IT-сектора. Например, программирование растений с заданными свойствами – тема передовых научных работ. Это хороший вызов для наших айтишников. Только нужно, чтобы создавались такие продукты и в Украине, а не импортировались на 100%.
Продуктовые компании в сфере программирования появятся в тот момент, когда внутренняя экономика Украины начнет потреблять софтверные продукты. Это закон бизнеса – чем ближе ты к заказчику, тем вероятнее сделать что-то инновационное, что взорвет технологию. И тогда 10-миллиардные приросты в год, а не за 15 лет – не фантазии – WhatsApp был продан за $19 млрд.
Тактически ІТ-отрасль переживает не лучшие времена. Темп прироста в сегменте разработки программного обеспечения в этом году, скорее всего, составит всего 5-7%, тогда как до кризиса он был на уровне 20-25%. Очевидно, что индустрия ПО вошла в ту же полосу требований для преодоления «полочки» на кривой замедления роста, что и любой бизнес. Теперь, чтобы перепрыгнуть на следующую полочку качественного роста, ІТ, как и промышленному и аграрному секторам в Украине, предстоит жесткая и тяжелая, но творческая и интересная борьба за это новое качество.
Причем она будет проходить в тесной связке с государством. Мы должны прекратить говорить о «государственной поддержке», это архаизм. Какая «поддержка», если речь идет, например, о создании Кремниевой долины. Это счастье стоит $300 млрд инвестиций и длится 15 лет. И результат не гарантирован. То есть если бы у нас были эти деньги и столько лет для развития, то гарантии стать лидером в ІТ мира нет. Есть шанс. И за него платится такая высокая цена.
У нас нет $300 млрд. Но у нас есть возможность переосмыслить ситуацию, отказаться от пессимизма и вредных ультралиберальных мифов и начать заниматься в сфере ІТ чем-то иным, чем то, что бизнесмены и так будут линейно развивать (обычный аутсорсинг). Например, локальным образованием.
Почему государство вместе с местными органами власти и бизнесом не может создавать закрытые зоны с более высоким уровнем образования и качеством ведения бизнеса в рамках образовательных и научных институций? Так это происходит во многих странах. Причем речь не только о налоговых льготах – фронт поддержки должен быть намного шире. Например, Илон Маск, как оказалось, получил от федеральных и местных властей $5 млрд на развитие своего бизнеса. Просто он эти деньги, в отличие от многих наших простимулированных предприятий, не украл и не растратил.
Это не означает, что нам нужно полностью отказаться от рынка IT-аутсорсинга, пока это «лакомый кусок» для многих стран. Так, в Мексике действует программа государственной поддержки софтверной отрасли – до 2020 года страна намерена выйти на 3-е место в мире по уровню IT-аутсорсинга. Значительных успехов достигли страны Балтии, Бразилия, Румыния. Даже в РФ и Беларуси уже несколько лет работает особый льготный налоговый режим для IT-компаний. В последней, к примеру, действует 9% подоходный налог для сотрудников компаний национального Парка высоких технологий. А в Румынии – нулевая ставка подоходного налога для работников сферы разработки ПО.
Государство станет игроком в развитии перспективной ІТ-индустрии даже больше и глубже, чем это было для традиционных промышленников. Оно начнет с того, что откажется от старых программ и будет применять новые, закупая их у местных производителей для собственно управления, становясь прозрачным и более эффективным. Деньги для поддержки ІТ есть, и их будет появляться тем больше, чем более прозрачным будет госуправление.